Домой Новости В мире

Революция киргизских тюльпанов повторяется

Политический переворот в Киргизии взволновал общественность всего мира. Дошло до кровопролития…

Введение. Взаимосвязь, да и не только…

Между киргизскими событиями марта 2005-го и апреля 2010-го – первой и второй «революцией тюльпанов» – так много общего, что кажется, пяти прошедших лет вовсе не было. Революции в этой стране угрожают повторяться столь же часто, как в свое время случались военные перевороты в Турции. Если временное правительство Кыргызстана, для которого собственный приход к власти стал полной неожиданностью, не извлечет уроков из ошибок своих предшественников, будущее окажется для Киргизии таким же потерянным временем, как и период между двумя революциями.

Революция в Киргизии и ее последствия с точки зрения “Профиля” для “LibyMax” актуально рассмотрится далее.

Киргизские грабли дважды…

В 2005-м народное недовольство в Кыргызстане было вызвано процветанием клана Акаевых на фоне общей нищеты. К 2010 году всех достал клан Бакиевых. Если пять лет назад ненавидели президентского сына, бизнесмена Айдара Акаева, то теперь размах власть имущих стал еще больше: президентский сын Максим Бакиев возглавил беспрецедентную структуру – Центральное агентство по развитию, инвестициям и инновациям, курирующее весь экономический блок. Людей возмутили ЦАРИ (такова красноречивая аббревиатура этого агентства) и довели различные «царьки». Последней каплей стало поднятие коммунальных тарифов: с начала года правительство Кыргызстана отменило все льготы и повысило цены на электроэнергию и отопление для потребителей республики более чем вдвое, а на горячую воду – сразу в пять раз. «Те, кто стоял на средних ступеньках социальной лестницы, скатились вниз. Те, кто был внизу, упали в нищету», – описывает последствия тарифных нововведений эксперт из Бишкека Леонид Бондарец.

«Народ превратили в дойную корову. Реформ, даже если они и проводились, ему никто не разъяснял. На этом фоне запрет на проведение мелких региональных съездов оппозиции и арест ее лидеров оказались достаточным поводом для всплеска народного гнева», – рассказывает редактор газеты «Московский комсомолец в Кыргызстане» Улугбек Бабакулов.

В 2005 году лидерам киргизской оппозиции не оставалось ничего другого, как возглавить народный протест. В 2010-м, как и пять лет назад, все произошедшее стало неожиданностью для разношерстых оппозиционеров. И в этом, пожалуй, главная проблема и опасность: те, кого волна стихийного протеста вынесла на вершину власти, еще несколько недель назад вовсе не собирались брать бразды правления в свои руки. «Люди собирались ручейками из разных регионов и в столице слились в одну бурную реку, которая просто стала сметать все на своем пути. Увидев результат, политикам-оппозиционерам оставалось только ахнуть», – говорит Улугбек Бабакулов.

«В повестке дня оппозиции смена власти вообще не стояла, – вторит ему правозащитница Рая Кадырова. – Сама оппозиция была невероятно ослаблена, в ней существовали очень серьезные разногласия. Теперь, когда оппозиция стала властью, ей очень сложно. Ведь у нее не было не только плана «Б», но даже и плана «А».

Еще одно – самое трагичное – сходство между событиями 2005 и 2010 годов: и на этот раз в Кыргызстане не получилось «бархатной» революции. Если первая «тюльпанная», по разным оценкам, унесла жизни нескольких десятков киргизов, жертвами второй стало уже больше 80-ти. Как и пятилетие назад, политическим выступлениям сопутствовало мародерство. Дошло даже до захвата санаториев на Иссык-Куле.

Кадровый голод в стране…

Временное правительство Киргизской Республики, сплошь состоящее из участников первой «тюльпанной революции», затем выброшенных Бакиевым, как он считал, на свалку истории, возглавила Роза Отунбаева. В 2005-м она была на баррикадах революции, затем несколько месяцев занимала пост министра иностранных дел, а далее снова вернулась в привычную для нее оппозиционную нишу.

Госпожа Отунбаева сделала карьеру в системе советского и киргизского МИД, а также была председателем Комиссии МИД СССР по делам ЮНЕСКО. Дипломаты, знающие нынешнюю руководительницу Кыргызстана с тех времен, в частных беседах отзываются о ней как о человеке, которому был свойственен «довольно творческий» (читай – авантюрный) подход к решению деловых вопросов. «Отношение к Отунбаевой в Кыргызстане неоднозначное: от полной поддержки до полного невосприятия», – говорит эксперт Леонид Бондарец. Он не считает тех, кто сегодня пришел на смену Бакиеву, оппозиционерами: «С 2005 года ни одна партия, называющая себя оппозиционной, не объявила программы действий. Они ничего не противопоставили тем планам, которые предлагал Бакиев. И до сих пор временное правительство не озвучило своей стратегии. Это больше всего беспокоит».

«Самое интересное начнется тогда, когда дойдет до дележа портфелей. Тогда и будет ясно, кто ради чего воевал, – говорит Улугбек Бабакулов. – Все зависит от того, кто в итоге окажется у власти, останется ли кто-то из нынешнего руководства на должностях или нет. Учитывая, что страна маленькая, большого выбора кандидатов нет. Пока говорят, что не стоит начинать охоту на ведьм. Я думаю, что это как раз было бы ошибкой: в свое время режим Бакиева поживился кадрами из клана Акаева, которые привыкли брать деньги и ничего не делать. Если их оставить, все будет по-прежнему. Свита просто потопит своего короля».

Настроение Улугбека Бабакулова разделяет и Рая Кадырова, опасающаяся серьезного саботажа действий нового правительства и провокаций. «Сразу кардинально менять кадры на национальном, областном и местном уровнях крайне нежелательно, потому что впопыхах можно сделать много ошибок. Но и затягивать этот процесс опасно: может появиться очень серьезный тормоз со стороны тех, кто говорит, что признает временное правительство, а на деле до сих пор надеется сохранить старый режим».

Упоминая о тормозе и саботаже, киргизские собеседники «Профиля» в первую очередь имеют в виду бакиевские кадры в правоохранительных органах. Ведь брат президента, глава Службы госохраны Жаныбек Бакиев, курировал весь силовой блок, и президентская семья успела расставить нужных людей на максимальное число постов.

Да и самого Курманбека Бакиева рано списывать со счетов. В отличие от Акаева он не покинул страну, не слагает с себя полномочий, раздает интервью российским СМИ, предлагает перенести столицу из Бишкека в Ош или свою вотчину Джалал-Абад, а также призывает ввести в страну миротворческие силы ООН. «Бакиева поддерживает его клан. Насколько мне известно, его род и по материнской, и по отцовской линии занимает не последнее место в социальной иерархии юга страны. Во вторник пришла информация о митинге в поддержку Бакиева. Чем все это закончится, сказать трудно», – замечает Леонид Бондарец.

Стабильная нестабильность…

Естественно, представители новой киргизской власти на публику демонстрируют оптимизм. Темир Сариев, отвечающий в нынешнем правительстве за финансы, заявил, что «в первый же день декретом временного правительства было отменено повышение тарифов, а приватизацию энергокомпаний признали незаконной и вернули их в собственность государства».

«Мы думаем, что сможем выполнить обязательства правительства по защищенным статьям. Есть определенные сложности, так как бюджет был сформирован с большим дефицитом, около $300 млн. Но мы пересмотрим расходную часть бюджета, потому что в госохране и других структурах, которые подчинялись напрямую президенту, штат был чрезвычайно раздут», – сказал господин Сариев.

Однако на деле временное правительство стоит перед множеством вызовов и угроз. «В Кыргызстане очень много конфликтогенных ситуаций, – рассказывает Рая Кадырова. – Одна из первых – это межэтническая составляющая. Так, на юге, в городе Сулюкта был небольшой конфликт, когда представители узбекской общины захотели видеть мэром города узбека, а киргизская сторона была против. В протестах участвовали лишь несколько сот человек, но это все равно тревожный звонок. Ряд узбеков считают, что их интересы по-прежнему игнорируются. Сейчас, в процессе назначения новых представителей во власть, необходимо очень тонко учитывать интересы национальных меньшинств с тем, чтобы население поняло, что власть действительно пришла новая, что она в самом деле продвигает демократические принципы».

Кроме того, по мнению Раи Кадыровой, существует опасность дальнейшей радикализации ряда мусульманских кругов: «Поскольку временному правительству не удастся все быстро изменить в лучшую сторону, часть исламистов воспользуется народным недовольством для продвижения своих лозунгов о том, что западная модель демократии для мусульманского мира не работает, что он может процветать только при халифате». Также дает о себе знать высокая криминализация Кыргызстана. Как поведет себя новая власть с «крестными отцами», пока еще не ясно.

В геополитике и вне ее…

Ключевое отличие двух киргизских революций – в российском отношении к ним. В 2005-м российские власти в лице тогдашнего президента Владимира Путина осудили переворот и предоставили опальному Аскару Акаеву убежище. Теперь тот же Владимир Путин (но уже премьер) спешно заявил, что господин Бакиев наступает на грабли своего предшественника. Да и самому Бакиеву вместо срочной эвакуации за границу пришлось искать пристанище в родовом имении на юге страны.

«Никто в России из-за Бакиева не переживал, – заявил директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко. – Он обещал в военно-политической сфере одно, делал другое: как то история с аэродромом в Манасе* или споры, где должна быть расположена российская военная база. В свое время Российская Федерация предоставила режиму Бакиева кредитов на $2 млрд. и $150 млн. безвозмездной помощи. Выяснить, куда эти деньги делись, не представляется возможным. Аппетиты клана Бакиевых, в особенности его сына Максима, начали ущемлять интересы российского бизнеса в Кыргызстане. То, что Бакиев начал создавать классическую восточную деспотию, Москву тоже не устраивало. Ведь если выстраивается устойчивый авторитарный режим, некомфортный для России, это некомфортно вдвойне».

Как известно, сразу же после событий 7 апреля РФ направила в Киргизию две роты спецназа. По словам самих россиян, «для защиты соотечественников до исчезновения угрозы». Однако эксперты не исключают, что в случае предложения киргизской стороны о расширении российского военного присутствия, Россия может пойти навстречу.

Другой стратегический партнер киргизов с оценками ситуации не спешил. Только через три дня после революции госсекретарь США Хиллари Клинтон позвонила главе временного правительства Кыргызстана Розе Отунбаевой. Максимально лаконично Госдепартамент сообщил, что Клинтон поддержала стремление нынешней бишкекской администрации «мирно разрешить политические проблемы и возобновить путь страны к демократии», учитывая и «важную роль Кыргызстана, принимающего американский транзитный центр по доставке грузов в Афганистан в аэропорту Манас». В ответ Роза Отунбаева пообещала выполнять все договоренности с Вашингтоном. Немногим позже посольство США в Бишкеке официально сообщило, что дипмиссия не планирует предоставлять Курманбеку Бакиеву убежище или содействовать ему в отъезде из страны.

Кардинального изменения баланса влияния РФ и США в Центральной Азии, вызванного событиями в Кыргызстане, не будет, – утверждают эксперты, опрошенные «Профилем». Одни отмечают, что американцев в Киргизии интересует лишь транзит военных грузов в Афганистан, а Россия сама хотела бы, чтобы у Штатов удачно получалось сдерживать радикальных исламистов. Другие, как эксперт Института мировой экономики и международных отношений РАН Андрей Рябов, признают наличие определенных трений: «Россия не против того, чтобы США и их союзники участвовали в борьбе с исламизмом в Афганистане. Но при этом очень желательно, чтобы они не создавали устойчивую военную инфраструктуру в государствах Центральной Азии».

«Любое правительство Кыргызстана во внешней политике постарается балансировать между тремя ключевыми силами региона: Россией, Китаем и США. В ближайшей перспективе мы будем иметь дело с закулисной дипломатической борьбой Москвы и Вашингтона за то, чтобы не кардинально, но хотя бы символично подвинуть баланс в свою пользу, – продолжает Андрей Рябов. – Вполне вероятно, что правительство КНР тоже не останется безучастным. Для Китая главное – сохранение стабильности, чтобы нынешним кризисом в Кыргызстане не воспользовались исламистские элементы, чтобы не было дополнительного импульса уйгурскому сепаратизму. Позиции китайского бизнеса в Кыргызстане очень сильны, и им сегодня ничего не угрожает. А на какие-либо военные позиции в этой стране КНР в данный момент не претендует».

Есть также мнение, что в ближайшее время внешние игроки, скорее всего, ограничатся ролью наблюдателей и ставку сделают только на конкретного победителя, как это было в случае с Бакиевым пять лет назад: «Ситуация непонятная для многих. Никто не знает, как будут развиваться события, когда будет идти подготовка к выборам. За это время может еще многое произойти», – комментирует директор казахстанской Группы оценки рисков Досым Сатпаев.

Итак, видимых и скорых перемен после второй «тюльпанной революции» ждать не приходится. Отказаться от политики многовекторности и стать радикально пророссийским или прозападным вряд ли сможет как временное, так и любое следующее полноправное правительство Кыргызстана. Ведь ресурсы страны весьма ограничены, и терять такие источники доходов, как вливания со стороны России и Америки, было бы просто глупо. «Причины, которые побудили людей выйти на улицы, должны быть минимизированы. А понижать тарифы и удерживать их низкими вечно в Кыргызстане не получится. Для стабилизации нужны деньги. И было бы логично, если бы киргизы попытались найти взаимопонимание и с Россией, и с США», – резюмирует эксперт украинского Центра ближневосточных исследований Игорь Семиволос.

Что же касается внутренних преобразований, то менталитет Запада и менталитет Азии в корне отличаются. «Кыргызстану надо искать что-то другое, чем просто копия западной демократии», – отмечает Леонид Бондарец. И кстати, две «революции тюльпанов» в итоге могут оказаться ярким подтверждением того, что чуждые просвещенному европейскому духу режимы, установившиеся в соседних с Киргизией республиках, на самом деле являются единственно возможными для стабильного существования центральноазиатских государств. Как бы прискорбно нам ни было это отмечать.

«Кыргызстан – это не Узбекистан с достаточно жестким авторитарным режимом и не Таджикистан, где шла гражданская война. Здесь изначально сформировалась власть более умеренная по сравнению с другими центральноазиатскими странами», – говорит Игорь Семиволос. В Кыргызстане нет природных ресурсов и финансовых возможностей, на которые могли бы опереться правящие группы – так, как это сделали те, кто еще со времен СССР правит в других центральноазиатских странах. Эксперт напоминает: в Киргизии существует достаточно сильная конкуренция между северными и южными кланами, на юге довольно большую роль играют узбеки. Все это заставляет прогнозировать: насильственная смена власти в Кыргызстане может повторяться, причем время правления той или иной группы будет становиться все короче.

Варвара Жлуктенко, «Профиль».

P.S. США и ….
В начале прошлого года киргизские власти потребовали от США вывести из Манаса свою базу, но затем, после повышения арендной платы, согласились на продление ее работы. – Авт.